Menu

Разделы страны означали для Польши прогресс и модернизацию - разговор с польским экспертом Яном Совой

Только захватчики вводят налогообложение дворян и административный механизм. Отменяют крепостное право, освобождая «польских» крестьян от поляков. Реформируют экономику. Во время оккупации на территории РП развивается инфраструктура и изменяется социальный строй.

Дорота Водэчка: Что означал патриотизм для дворянина?

Ян Сова: Любовь к самому себе. Дворянство полностью приравнивало РП к себе не смотря на то, что составляла всего 10-20% от численности населения. Нужно отдать должное её изобретательности, последовательности и беспощадности в достижении собственных интересов.

Ян Казимеж отказался от польской короны в 1668 году, так как не мог воплотить в жизнь реформы позволяющие эффективно управлять державой. Несколько лет ранее в парламентарной речи предсказал то, к чему может привезти сопротивление дворянства реформам. Говорил: «Москва и Русь прибегают к народам одного с ними языка, и Литву себе возьмут; граница Велькопольски станет открыта для Бранденбурца(). Наконец-то Дом Австрийский, так жадно смотревший на Краков, не упустит столь удобной для себя возможности и при вездесущим разрыве страны не удержится от оккупации».

Именно так и случилось почти ровно 100 лет спустя.

Что ответило ему тогда дворянство?

- Что такова кара небесная: как убито Иисуса, так и Польша должна пасть, но воскреснет, так как Господь опекун её. Позднейший романтический мессианизм является отголоском подобного мышления дворянства.

Однако дворянские дети учились на Западе. Они не проникались реформаторским духом?

- Когда в XVIII веке дворянство замечает, что молодёжь вернувшаяся из Франции или Италии привозит новые идеи, оно издаёт законопроект запрещающий поездки на Запад. Чтобы умы не портить.

Знать, не дающая забрать у себя ни унции свободы, хотела ограничить саму себя, так как видела в этом сваю выгоду. Приобретение опыта и новейших знаний за границей было признано опасным для традиционных порядков. Способствовало этому антиинтеллектуальные отношения дворянства, которые резонируют сегодня в польском общественном дискурсе.

Достаточно вспомнить один из знаковых элементов проекта IV РП, категорию «всезнаек». Партия «Закон и Справедливость» отважилась на её использование, зная, что большинство это одобрит, так как в Польше нет уважения к интеллигенции. Это парадокс. С одной стороны исследования показывают, что самая престижная профессия это профессор в университете, а с другой – мы являемся культурой глубоко антиинтеллектуальной страной, которая считает, что избыток спекуляций, знаний, идей и рациональности только вредит.

Сегодня в Польше малым уважением пользуются переговоры, обсуждения и компромиссы. Англичане говорят о «вознесению к компромиссу» как о восхождении на вершину горы (to reach a compromise), в свою очередь в Польше компромисс ассоциируется с поражением (пойти на компромисс). Современное общество слишком разношёрстно чтобы сойтись в единомыслии. Если не позволим на изъятие противоречий в обществе и не согласимся на их столкновения на символическом уровне, «единомыслие» станет двигателем для экстремистов.

Достоинством признания дворянской демократии был эгалитаризм.

- Только в рамах дворянства. К тому же эгалитаризм, который описывают слова «дворянин у себя во дворе, как королевич при дворе» был только идеологической маской, так как разница социального статуса самых бедных и самых богатых была огромна.

С XVI века на западе от Эльбы крепостное право постепенно исчезает. К востоку от Эльбы ситуация выглядит абсолютно иначе. Январское восстание захлебнулось в большей мере по причине мнения крестьян о том, что это было восстание поляков, то есть дворянства, которое хотело защищать свои интересы, в том числе крепостное право. Сегодня для нас восстание поляков означает восстание польского народа, а тогда значило - дело Дворянства.

Разделы являлись единственной возможностью создания современного государства?

- Разделы случаются тогда, когда происходит революция в Америке или Франции – два величайших триумфа современности. Я считаю, что третьим триумфом является элиминация остатков того, что пред современное и анти современное.

Триумфом Польши?

- Во многих отношениях означали прогресс и модернизацию. Конечно, каждый раздел был другим, но я не согласен с тезисом, что в российском было только разорение и разграбление. Районы Варшавы и Лодзи были одними из наиболее экономически развитых районов российской империей. Именно здесь появились первые массовые, современные политические партии.

Только захватчики вводят налогообложение дворян и административный механизм. Отменяют крепостное право, освобождая «польских» крестьян от поляков. Реформируют экономику. Во время оккупации на территории РП развивается инфраструктура и изменяется социальный строй. Наступают также социально-культурные изменения – современность считается антагонистической силой в отношении к традиционной польской идентичности.

Однако захватчики проводят эти реформы в собственных интересах.

-Это так. Они стремились ослабить польское дворянство для эффективного управления завоеванными землями. Но в связи с паразитарным положением дворянства действия, направленные против них принесли положительные эффекты для всех.

В контексте раздела мы думаем о себе с точки зрения жертвы.

- На самом деле мы сами с собой это сделали, а точнее государственные элиты со всеми остальными. Обратим внимание на миф спаивания народа захватчиками о оккупантами. Дворянство сделало это гораздо раньше. Только оно имело право на производство алкоголя и накладывала обязательства на крестьян по его употреблению. И если крестьянин женился, он должен был купать у пана определенное количество алкоголя. Не мог пить в деревенской корчме которая не принадлежала его пану. Мог пить только там, где прибыль получал его пан. Дворянство было заинтересовано спаиванием крестьян. Надо задуматься, каков был наш собственный вклад в формирование этого вида социальной реальности. То же самое относится к разделам, периферийному положению Польши и её экономическому упадку.

Мне близко мнение Marii Janion. Она считает, что призраки прошлого преследуют нас, и их позиция сильнее, чем живых.

И что сегодня эти призраки хотят нам сказать?

- Подсказывают нам, например, так называемые Ягеллонские идеи, то есть убеждения, что Польша должна стать региональным гегемоном, особенно в районе бывших восточных окраин. В это же время из за нашей восточной границы до нас доносится множество сигналов, что жильцы нашей бывшей империи не только не хотят видеть в нас протекторов и опекунов, но и активно нас не любят. На это указывает сопротивление польского написания фамилий и географических названий в Литве, или недавний скандал с закидыванием яйцами Бронислава Коморовского в Украине.

Слишком быстро забываем, что «ягеллонская идея» для наших восточных соседней означает «идею колонизации». Что еще хуже, ее сторонники в Польше видят в качестве альтернативы интеграции в рамах Европейского Союза, где наша страна не имеет никаких шансов занять позиция какую занимают страны, такие как Германия. Этого типа мечты о власти легли в основу внешней политики, партии «Закона и Справедливости» и Леха Качиньского. Отсюда его навязчивый интерес к Грузии.

Это ошибка?

-Это последствия исторического мышления. Например на тему роли Польши на восточных границах и убеждения в том, что была приносящим лучшую культуру государством. В это же время колониальный проект Польши был не только этически сомнительным (французский историк Daniel Beauvois показывает, что польская экспансия на восток означало ухудшение отношений рабовладельческого характера), но и неэффективным.

Мы исторически закрепили разрешения обманывать сваю страну, потому что она никогда нам не принадлежала. Если кто-то не платит налогов, получает фальшивую пенсию, уходит на больничный по “липовой” справке – то не считается жуликом. Это эманация мнения, что государство это паразит, который вреден для нас. И чем больше обманываем, тем больше денег мы оставляем в своём кармане. И тем лучше, потому что правительство пустило бы их на ветер.

Ссылка на источник